дела ресторана пошли настолько хорошо, что Уилльям всерьёз задумался над расширением бизнеса. Тут самое время заметить, что Уилльям происходил из семьи одного из богатейших местных фермеров и, хотя приличного образования не получил, являлся мужчиной весьма привлекательным, энергичным и полным сил, из тех, о ком говорят, что у них большое будущее. Он был всего-то на 3 года старше Лиды [родился 23 марта 1889 года], так что возникновение обоюдного интереса молодых привлекательных людей выглядит вполне оправданным. К тому времени, когда у Уилльяма возникли идеи по расширению бизнеса, он уже решил все сексуальные вопросы с симпатичной официанткой – это, практически, несомненно, ибо в противном случае он не стал бы советоваться с Лидой, что называется «на равных». А он стал, из чего мы можем заключить, что Лида право голоса уже заслужила. И на правах советника она рекомендовала Уилльяму подумать над тем, чтобы оставить Твин-Фоллс и податься в места более перспективные. Куда? Ну, например, в Хардин (Hardin), штат Монтана, за 650 км на северо-восток от Твин-Фоллс.

Хардин очень напоминал Твин-Фоллс. Населённый пункт, получивший статус города лишь в 1906 году, активно развивался и заселялся. Выгоды переезда были совсем не очевидны, за исключением одного только соображения – тогда в Хардине существовал один из самых маленьких в США акцизов на торговлю алкоголем – 240$ в год [в других местах – от 400$ и выше, в Чикаго, например, 1,5 тыс.$]. Существовал, правда, и ещё один весомый довод в пользу переезда, но Лида вряд ли упоминала о нём вслух. Дело в том, что в Монтане никто Лиду не знал, а стало быть, никто не смог бы упрекнуть её в интрижке, последовавшей практически сразу после смерти мужа. А как мы увидим из дальнейшего хода событий, для Лиды было важно, чтобы окружающие лишнего о ней не знали.

Мы можем не сомневаться в том, что Лида Дули, она же Трублуд, умела быть убедительной и добиваться от мужчин желаемого. В случае с Уилльямом МакХаффи она смогла добиться всего, чего желала – в апреле 1916 года они переехали в Монтану, там сочетались браком и стали присматривать варианты для открытия бизнеса. Они уезжали из Хардина, возвращались и, в конце концов, решили остаться в этом городке. В общем, Лида начала жизнь с чистого листа, причём в таком месте, где никто не знал ни её, ни её историю.

Всё вроде бы шло хорошо – супруги МакХаффи открыли ресторан, который быстро стал популярен, денежки потекли не то, чтобы бурным потоком, но устойчиво и в достаточных объёмах. В русских сказках в таких случаях принято говорить: «Жили они, поживали, добра наживали». Благолепие продлилось не очень долго. В середине декабря 1918 года Уилльям слёг с чем-то, что врач посчитал дифтерией – у него опухли лимфоузлы, появилась боль при глотании, болели суставы, мышцы, периодически возникали лихорадочные состояния, которые сменялись вялостью и упадком сил. Буквально через день к этому добавилась гриппозная симптоматика, что было хорошо объяснимо – в том декабре в Хардине многие болели гриппом.

Поначалу всё это выглядело не очень опасно, тем более, что Уилльям бодрился и демонстрировал свой всегдашний оптимизм, однако 20 декабря состояние его резко ухудшилось – он впал в забытьё, последовал отказ внутренних органов, и в течение 48 часов мужчина скончался в тяжких страданиях.

Могила Уилльяма МакХаффи, второго любимого мужа Лиды.

У местных шерифа и коронера не было оснований подозревать что-то нехорошее, ведь доктора, посещавшие Уилльяма МакХаффи в последние дни жизни, уверенно говорили о дифтерии, осложнённой гриппом! Тем более что шериф и коронер были лично знакомы с Лидой, так что… Все жалели молодую вдову, оставшуюся одной-одинёшенькой в возрасте 26 лет! Да Лида и сама была безутешна, ведь это такой удар – потерять горячо любимого супруга, единственную надежду и опору в этом безумном мире бушующих страстей… или в бушующем мире безумных страстей, как правильнее?

В общем, Лида продала ресторан и поскорее покинула Хардин, где каждый кирпичик и каждая травинка на газоне напоминали ей о пережитом горе. Отправилась она туда, где её никто не знал, но не очень далеко – в город Биллингс (Billings) всё в той же Монтане, удалённый от Хардина на 70 км.

Самые проницательные читатели в этом месте могут предположить, что выбор нового места жительства не был случаен. И не ошибутся! Биллингс в те годы являлся одним из самых быстрорастущих городов США, и на то имелась веская причина. В начале столетия в окрестностях Биллингса были открыты нефтяные поля, тянувшиеся на юг, в штат Вайоминг. Город стал своего рода столицей нефте-, а затем и газодобычи, крупным центром перевалки нефти. В каком-то смысле его можно сравнить с Новым Уренгоем в современной России, с той только поправкой, что речь идёт о событиях 100-летней давности. В этом городе были деньги, и были люди самого разного пошиба.

В общем, безутешной, но взыскательной вдове было, где развернуться, и было с кем работать!

Что делает женщина, желающая познакомиться с состоятельным мужчиной? При этом желающая обставить знакомство так, чтобы не выглядеть заинтересованной и чтобы сам мужчина пожелал с нею познакомиться? Правильно – она отправляется в автомобильный салон и делает вид, будто намерена выбрать автомашину, но, поскольку ничего в этом не понимает, то нужен кто-то, кто… Автор полагает, что дальнейшее объяснять не нужно даже тугодумам.

Лида отправилась в автомобильный салон якобы за машиной. Мужчины, безвозмездно дававшие ей ценные советы, думали, что она выбирает машину, но на самом деле Лида выбирала мужчину. В конце концов, она сочла, что владелец автосалона Харлан Льюис (Harlan C. Lewis, хотя также встречается написание имени как Harlen и Harlam) – это тот человек, который удовлетворяет её высоким требованиям.

Вряд ли у Лиды возникли какие-то проблемы с достижением желанной цели! Эта женщина знала правильную дорогу к сердцу мужчины, и потому уже в марте 1919 года 33-летний Харлан повёл любимую под венец.

Харлан Льюис родился 15 сентября 1885 года и, хотя он был старше предыдущих мужей Лиды, тем не менее, его скорее можно назвать молодым, нежели зрелым.

И всё в их жизнях было хорошо ровно до 4 июля того же года. В День независимости, один из главных праздников Соединённых Штатов, Харлан на пикнике съел не прожаренное мясо, у него началась диарея, рвота, поднялась температура. Его состояние быстро ухудшалось, возникли сильные боли в суставах и мышцах, общая слабость. В полубессознательном состоянии мужчина пробыл около 30 часов, и 6 июля в присутствии лучших врачей Биллингса он скончался. Врачи были единодушны – коварный гастроэнтерит унёс энергичного и во всём успешного члена общества!

Вдова была безутешна! И все её понимали – такая молодая – всего-то 27 лет! – нашла такого прекрасного мужа, создала такую замечательную семью, какие у них могли бы быть изумительные детишки, и какую завидную жизнь могли бы они прожить, но… Воистину, судьба – индейка, а жизнь – копейка!

Впрочем, сочувствие вскоре сменилось недоумением. Биллингс являлся городом относительно небольшим – порядка 10 тыс. человек, – и прослойка состоятельных людей, в которой вращался покойный, не могла быть очень большой. Знакомые Харлана, активно обсуждавшие между собою случившееся, стали обращать внимание на разного рода подозрительные мелочи, странности и нестыковки. Лида познакомилась с будущим мужем под предлогом покупки автомашины, но ведь так её и не купила! Кому-то она сказала, будто приехала в Биллингс из Канады, а другому – что из Мэриленда. Лида была состоятельна – это не вызывало сомнений, но источник её благосостояния оставался неясен. Она говорила, будто получила наследство, но родители её были вроде бы живы и рассказы об унаследованных деньгах казались обычной отговоркой. В общем, вопросов к молодой вдове было много, но более всего тамошних обывателей смущала быстрота, с которой всё произошло – Лида появилась в Биллингсе из ниоткуда в январе 1919 г., в марте она увела под венец самого завидного жениха, а в начале июля уже его похоронила.

Всё это вызывало определённое недоумение, но оно вскоре сменилось подозрительностью. Пищей для неё послужило то, как Лида распорядилась